Пелевин Синий Фонарь Сборник

Уважаемый гость, на данной странице Вам доступен материал по теме: Пелевин Синий Фонарь Сборник. Скачивание возможно на компьютер и телефон через торрент, а также сервер загрузок по ссылке ниже. Рекомендуем также другие статьи из категории «Справочники».

Пелевин Синий Фонарь Сборник.rar
Закачек 1273
Средняя скорость 3955 Kb/s
Скачать

Описание книги «Синий фонарь»

Описание и краткое содержание «Синий фонарь» читать бесплатно онлайн.

В палате было почти светло из-за горевшего за окном фонаря. Свет был какой-то синий и неживой, и если бы не луна, которую можно было увидеть, сильно наклонясь с кровати вправо, было бы совсем жутко. Лунный свет разбавлял мертвенное сияние, конусом падавшее с высокого шеста, делал его таинственнее и мягче. Но когда я свешивался вправо, две железных ножки на секунду повисали в воздухе и в следующий момент громко ударялись в пол, и звук выходил мрачный, странным образом дополняющий синюю полосу света между двумя короткими рядами кроватей.

– Кончай там, – сказал Костыль и показал мне синеватый кулак, – не слышно.

– Про мертвый город знаете? – спросил Толстой. Все молчали. – Ну вот. Уехал один мужик в командировку на два месяца. Приезжает домой и вдруг видит, что все люди вокруг мертвые.

– Чего, прямо лежат на улицах?

– Нет, – сказал Толстой, – они на работу ходят, разговаривают, в очереди стоят. Все как раньше. Только он видит, что они все на самом деле мертвые.

– А как он понял, что они мертвые?

– Откуда я знаю, – ответил Толстой, – это же не я понял, а он. Как-то понял. Короче, он решил сделать вид, что ничего не замечает, и поехал к себе домой. У него жена была. Увидел он ее и понял, что она тоже мертвая. А он ее очень сильно любил. Ну и стал он ее расспрашивать, что случилось, пока его не было. А она ему отвечает, что ничего не случилось. И даже не понимает, чего он хочет. Тогда он решил ей все рассказать и говорит: «Ты знаешь, что ты мертвая?» А жена ему отвечает: «Знаю». Он спрашивает: «А ты знаешь, что в этом городе все мертвые?» Она говорит: «Знаю. А сам-то ты знаешь, почему вокруг одни мертвецы?» Он говорит: «Нет». Она опять спрашивает: «А знаешь, почему я мертвая?» Он опять говорит: «Нет». Она тогда спрашивает: «Сказать?» Мужик испугался, но все-таки говорит: «Скажи». И она ему говорит: «Да потому что ты сам мертвец».

Последнюю фразу Толстой произнес таким сухим и официальным голосом, что стало почти по-настоящему страшно.

– Да, съездил дядя в командировочку…

Это сказал Коля, совсем маленький мальчик – младше остальных на год или два. Правда, он не выглядел младше из-за того, что носил огромные роговые очки, придававшие ему солидность.

– Теперь ты рассказываешь, – сказал ему Костыль. – Раз первый заговорил.

– Сегодня такого уговора не было, – сказал Коля.

– А он вечный, – ответил Костыль, – давай, не тяни.

– Лучше я расскажу, – сказал Вася, – про синий ноготь знаете?

– Конечно, – отозвался шепот из другого угла. – Кто ж про синий ноготь не знает.

– А про красное пятно знаете? – спросил Вася.

– Нет, не знаем, – ответил за всех Костыль, – давай.

– Раз приезжает семья в квартиру, – медленно заговорил Вася, – а на стене – красное пятно. Дети его заметили и позвали мать, чтоб показать. А мать молчит. Сама так смотрит и улыбается. Дети тогда отца позвали. «Смотри, – говорят, – папа!» А отец матери очень боялся. Он им говорит: «Пошли отсюда. Не ваше дело». А мать улыбается и молчит. Так спать и легли.

Вася замолчал и тяжело вздохнул.

– Ну и что дальше было? – спросил Костыль через несколько секунд тишины.

– Дальше утро было. Утром просыпаются, смотрят – а одного ребенка нет. Тогда дети подходят к маме и спрашивают: «Мама, мама, где наш братик?» А мать отвечает: «Он к бабушке поехал. У бабушки он». Дети и поверили. Мать на работу ушла, а вечером приходит и улыбается. Дети ей говорят: «Мама, нам страшно!» А она опять так улыбается и говорит отцу: «Они меня не слушаются. Выпори их». Отец взял и выпорол. Дети даже убежать хотели, только их мать чем-то таким накормила на ужин, что они сидят и встать не могут…

Раскрылась дверь, и все мы мгновенно закрыли глаза и притворились спящими. Через несколько секунд дверь закрылась. Минуту Вася выжидал, пока в коридоре стихнут шаги.

– На следующее утро просыпаются – смотрят, еще одного ребенка нет. Одна только маленькая девочка осталась. Она у отца и спрашивает: «А где мой средний братик?» А отец отвечает: «Он в пионерлагере». А мать говорит: «Расскажешь кому – убью!» Даже в школу девочку не пустила. Вечером мать приходит, девочку чем-то опять накормила, так что та встать не могла. А отец двери запер и окна.

Вася опять затих. На этот раз его никто не просил продолжить, и в темноте было слышно только несколько дыханий.

– А потом другие люди приходят, – заговорил он опять, – смотрят, а квартира пустая. Прошел год, и туда новых жильцов вселили. Они увидели красное пятно, подходят, разрезали обои – а там мать сидит, вся синяя, крови насосалась и вылезти не может. Это она все время детей ела, а отец помогал.

Долгое время все молчали, а потом кто-то спросил: – Вась, а у тебя кем мама работает?

– Неважно, – сказал Вася.

– А у тебя сестра есть?

Вася не отвечал – видно, обиделся или заснул.

– Толстой, – сказал Костыль, – давай еще что-нибудь про мертвецов.

– Знаете, как мертвецами становятся? – спросил Толстой.

– Знаем, – ответил Костыль, – берут и умирают.

– Ничего, – сказал Костыль, – как сон. Только уже не просыпаешься.

– Нет, – сказал Толстой, – я не про это. С чего все начинается, знаете?

– А с того, что сначала слушают истории про мертвецов. А потом лежат и думают – а чего это мы истории про мертвецов слушаем?

Кто-то нервно хихикнул, а Коля вдруг сел в кровати и очень серьезно сказал:

– Во-во, – с удовлетворением сказал Толстой, – так и становятся. Главное – понять, что ты уже мертвец, а дальше все просто.

– Ты сам мертвец, – неуверенно огрызнулся Коля.

– А я и не спорю, – сказал Толстой. – Ты лучше подумай, почему это ты вдруг с мертвецом разговариваешь?

Коля некоторое время думал. – Костыль, – спросил он, – ты ведь не мертвец?

– Я-то? – спросил Костыль. – Да как тебе сказать.

– А ты, Леша? Леша был колин друг еще по городу.

– Коля, – сказал он, – ну ты сам подумай. Вот жил ты в городе, да?

– Да, – ответил Коля.

– И вдруг отвезли тебя в какое-то место, да?

– Да, – сказал Коля.

– И ты вдруг замечаешь, что лежишь среди мертвецов и сам мертвец.

– Да, – сказал Коля.

– Ну вот, – сказал Леша, – пораскинь мозгами.

– Долго мы ждали, – сказал Костыль, – думали, сам поймешь. За всю смерть такого тупого мертвеца первый раз вижу. Ты что, не понимаешь, зачем мы тут собрались?

– Нет, – сказал Коля. Он сидел на кровати, прижимая ноги к груди.

– Мы тебя в мертвецы принимаем, – сказал Костыль. Коля не то что-то пробормотал, не то всхлипнул, вскочил с кровати и пулей выскочил в коридор, оттуда долетел быстрый топот его босых ног.

– Не ржать, – шепотом сказал Костыль, – он услышит.

– А чего ржать-то? – меланхолично спросил Толстой. Несколько длинных секунд стояла полная тишина, а потом Вася из своего угла спросил:

– Да ладно тебе, – сказал Костыль. – Толстой, давай еще чего-нибудь.

– Вот был такой случай, – заговорил Толстой после паузы. – Договорились несколько человек напугать своего приятеля. Переоделись они мертвецами, подходят к нему и говорят: «Мы мертвецы. Мы за тобой пришли». Он испугался и убежал. А они постояли, посмеялись, а потом один из них и говорит: «Слушайте, ребят, а чего это мы мертвецами переоделись?» Они все на него посмотрели и не могут понять, что он сказать хочет. А он опять: «А чего это от нас живые убегают?»

– Ну и что? – спросил Костыль.

– А то, – ответил Толстой. – Вот тут-то они все и поняли.

– А что надо, то и поняли.

Стало тихо, а потом заговорил Костыль: – Слушай, Толстой, – сказал он, – ты нормально можешь рассказывать?

Толстой молчал. – Эй, Толстой, – опять заговорил Костыль, – ты чего молчишь-то? Умер, что ли?

Толстой молчал, и его молчание с каждой секундой становилось все многозначительней. Мне захотелось на всякий случай что-нибудь сказать вслух.

– Про программу «Время» знаете? – спросил я.

– Давай, – быстро сказал Костыль.

– Она не очень страшная, – сказал я.

– Все равно давай.

Я не помнил точно, как кончалась история, которую я собирался рассказать, но решил, что вспомню, пока буду рассказывать.

– В общем, жил был один мужик, было ему лет тридцать. Сел он один раз смотреть программу «Время». Включил телевизор, подвинул кресло, чтоб удобней было. Там сначала появились часы – ну, как обычно. Он, значит, свои проверил – правильно ли идут. Все как обычно было. Короче, пробило ровно девять часов. И появляется на экране слово «Время», только не белое, как всегда раньше было, а почему-то черное. Ну, он немножко удивился, но потом решил, что это просто новое оформление сделали, и стал смотреть дальше. А дальше все опять было как обычно. Сначала какой-то трактор показали, потом израильскую армию. Потом сказали, что какой-то академик умер, потом немного показали про спорт, а потом про погоду – прогноз на завтра. Ну все, «Время» кончилось, и мужик решил встать с кресла.

Это первая книга молодого (в то время) писателя Виктора Пелевина, написанная в стиле некой философской фантастики с элементами сатиры. Она состоит из рассказов, в которых замысловато переплетаются прошлое и настоящее, Восток и Западный мир, мечты и реальность…

Книга представляет собой сборник разноплановых рассказов, которые иногда пересекаются сюжетными линиями между собой. Но эти соприкосновения настолько поверхностные и неважные, что, на первый взгляд, вы не придадите данному факту значение. Однако по мере прочтения книги начинает проскальзывать микро-сюжет и намеки, которые можно сложить в одну большую композицию.

Рассказы хоть и фантастические, но описывают вполне настоящие людские пороки и страхи. Правда нужно отдать должное таланту Пелевина, который может превратить самые банальные истины в настоящее постмодернистское искусство. Это настоящая феерия безысходности и абсурда, многогранна и взрывоопасна, как и все творчество неординарного писателя.

Автор произведения родился в Москве, где и живет по настоящее время. Вначале сборник рассказов «Синий фонарь» не получил должного одобрения критиков, и долгих два года оставался непопулярной книгой, предназначенной для узкого читательского круга. Но в 1993 году Пелевин получает долгожданное признание в виде «Малой букеровской премии», а в 1994 году в коллекцию прибавляются премии «Интерпресскон» и «Золотая улитка».

Пелевен знаменит не только своими писательскими достижениями, но и маргинальным поведением. Он не входит в круг «литературной тусовки», и очень редко общается со СМИ. В основном все общение с автором происходит через интернет, который он посещает значительно чаще центральных телевизионных каналов и радиостанций. Часто посещает восточные страны – Непал, Южная Корея, Китай, Япония.

Виктор Пелевин. Синий фонарь. / Худ. А.Астрин.— М.: Текст, 1991 (Альфа-фантастика).— ISBN 5-8595-0013-0.— 316 с.; 100 т.э.; ТП; 60х90/16. ____________________________________________________________

Сборника Пелевина мы ждали долго и с нетерпением. Этот автор вошел в литературу, как входят только будущие классики. Он никому не подражал и, кажется, ни у кого не учился -ему это было не нужно. Он просто писал — и пишет — так, что читающий его рассказы начинает терять связь с реальностью. Это потрясающее ощущение, и всякий, кто не испытал этого, пусть немедленно найдет и прочитает эту книгу.

Пелевин ошеломил меня первыми же своими рассказами. Еще в 1989 году, на семинаре в Дубултах, я прочел в рукописи «День бульдозериста», вошел в состояние «перевернутый стакан» и до сих пор не могу из него выйти. Я бросаюсь на каждую новую публикацию Пелевина и устраиваю себе настоящий пир души. «Затворник и Шестипалый», «Принц Госплана», «Оружие возмездия», «Жизнь и приключения Сарая номер ХII». За эти шедевры, кажется, буквально дрались печатающие фантастику научно-популярные журналы. «Знание-сила» в 1991 году публиковала Пелевина в таких количествах, как будто редакции за это платили валютой: «Хрустальный мир», «Откровение Крегера», «Луноход». Старались не отставать и в «Химии и жизни,» и в «Науке и религии.» А вот толстые литературные журналы спохватились поздновато: пока лишь «Знамя» опубликовало повесть «Омон Ра».

В самом сборнике несколько рассказов напечатаны впервые. Это «Девятый сон Веры Павловны» (единственный рассказ, который мне у Пелевина совершенно не нравится, но мои литературные вкусы вовсе не идеал), «Синий фонарь», «Новости из Непала» (эдакие некрологические фантазии), «Мардонги» (не особенно) и «Онтология детства» (удивительнейший рассказ).

Мне довольно трудно представить себе читателя, которому проза Пелевина может активно не нравиться, поэтому я без малейших сомнений рекомендую вам его сборник.


Статьи по теме